Раньше я даже не представлял себе, какими пронзительными и резкими, какими режущими слух бывают телефонные звонки. И какими длинными И как ничтожно малы промежутки между ними! Господи, этот проклятый телефон успел прозвенеть трижды, прежде чем мне удалось сдвинуться с места, пока я бежал через спальню в гостниную.

Я снял трубку, и незнакомый мужской голос бодро прокричал мне в ухо:

- Привет, Энди!

- Энди?

Ему показалось мало и он повторил:

- Привет, Энди!

Все шло не так. Все шло не так, как надо. Я спросил:

- Кого нужно?

Он, конечно, ответил:

- Энди.

- Вы ошиблись номером, - сказал я и повесил трубку.

И тут позвонили в дверь.

Я подпрыгнул на месте, обрушив телефон вместе с подставкой на пол. Пока я возился с ненавистным аппаратом, пытаясь установить его на место, в дверь позвонили еще раз.

Я бросился к двери и, позабыв всякую осторожность, одним быстрым движением распахнул ее настежь.

Человек, представившийся моему взору, имел благородные седины, не менее благородную осанку и очень самоуверенное выражение лица. Он был облачен в строгую пиджачную пару, а в руках сжимал черный портфель. Улыбнувшись мне, он спросил:

- Мистер Уит уже побывал у вас?

- Кто?!

- Мистер Уит, - сказал он. - Он заходил к вам?

- Никогда не слыхал о таком, - сказал я. - Вы ошиблись номером.

- Ну что ж, - сказал сей достойный джентельмен, - в таком случае мне придется поговорить с вами самому. - И прежде чем я успел понять, что происходит, он проскользнул мимо меня и в следующую секунду уже стоял в гостиной, озираясь по сторонам и изображая всем своим видом неподдельное восхищение. - Прелестно! На редкость прелестная гостиная!

- Эй, послушайте... - начал было я.

- Сэмпсон, - произнес он. - "Универсальнейшая Энциклопедия". А где же сама маленькая хозяйка?

- Она больна, - ответил я. - Я как раз готовлю для нее бульон. Куриный э-э-э... бульон! Может быть, как-нибудь в другой раз...